Сергей Юшкевич, фото

Я всегда был провокатором

Этот год у актера театра «Современник» Сергея Юшкевича начался с премьер: недавно на НТВ прошел телефильм «Врач», в котором он сыграл главную роль, и уже в начале февраля выходит спектакль «Враги. История любви», где его герой снова окажется в центре скандала. Но страсти Сергей играет исключительно на сцене. В личной жизни у него, как говорится, без жалоб: уютный дом, в котором его ждут с работы прекрасная жена и две чудесные дочки.

Сергей, сегодня актеру не прожить без умения крутиться: надо быть на виду, везде успевать, всюду себя показывать. Вы умеете это делать?

Раньше такое было: я звонил знакомым ассистентам по актерам и спрашивал, нет ли подработки. Сценариев сейчас много присылают, но среди них полно чуши. Поэтому везде и всюду я не показываюсь. Это не значит, что во мне нет куража, просто я храню его для чего-то особенного. Например, я сейчас я с удовольствием репетирую с режиссером Евгением Арье по роману Исаака Башевиса-Зингера «Враги. История любви». Я давно мечтал поработать с Евгением Михайловичем. Недавно у нас был такой разговор. Он вдруг спросил: «А что, правда в России вышел фильм под названием "Яйца судьбы"?» Я говорю: «Да, этот фильм даже собрал кассу — билборды по всему городу висели». Или еще вышла книжка «The Тёлки» Минаева. Ради бога, я не против книги, пусть читают кому интересно, но когда висит плакат 20 на 20, я иду по городу с детьми, и они спрашивают: «Пап, а что такое "тёлки"?» Как объяснить им, что так называют женщин не очень порядочные люди? А если и объяснишь, то они удивятся, почему это так подсвечено, как будто это статуя Аполлона Бельведерского? Я не знаю, откуда это желание шокировать. Кому надо, и так пойдут и купят — зачем же для этого жопу в окно показывать?

Многие из-за денег соглашаются сниматься в картинах, подобных фильму «Яйца судьбы». Вас ваше финансовое положение, должно быть, устраивает?

Мне мама в детстве говорила, что беден не тот, кто мало имеет, а тот, кто хочет иметь больше. Поэтому я рад тому, что у меня есть. Никогда не завидовал тем, кто живет в шикарных домах и ездит на дорогих машинах. Я принципиально не вожу автомобиль: меня никогда к технике не тянуло, а из-за того бардака, который творится на московских дорогах, мне хочется ходить пешком. Если уж нужно ехать, то есть такси. Но я никогда не стремился к роскошной жизни.

А если бы вам сейчас предложили изменить что-то в жизни, вы бы остались актером?

Если бы я сегодня выбирал профессию, не уверен, что выбрал бы эту. Кино стало продюсерским, никого не интересует процесс, всем важно только то, сколько бабла они срубят. К тому же, сейчас в профессии безумное количество случайных людей. Видимо, открылись какие-то новые горизонты, и люди ломанулись к ним. Недавно моя жена — не актриса, а домохозяйка — смотрела телевизор и произнесла фразу: «Мне кажется, и я так могу». Этим она меня задела, но я подумал: а ведь так многим кажется. Более того, возможно, они сделали бы даже лучше, потому что качество сильно упало. Люди играют на уровне едва выученного текста, просто передают информацию. Раньше в кино была магия, можно было смотреть фильм и вдруг начинать плакать или смеяться. И это было невероятное волшебство. А сейчас включишь — и хочется тут же выключить.

А это правда, что вас выгнали из школы за хулиганство?

Да, я сшиб директора на перемене. Носился там как волчок. Это было в восьмом классе. Но у меня помимо этого было много выходок. Например, я не стриг волосы и никогда не носил школьную форму, за что маму постоянно вызывали в школу. Хотя она всегда была на моей стороне. Я был провокатором — в хорошем смысле этого слова. Например, у нас училась девочка Ира, она однажды заболела и пришла в ярком свитере. Учительница при всех сняла с нее этот свитер, хотя было прохладно, а у девочки поднялась температура. Поэтому я подговорил весь класс на другой день прийти в разноцветных свитерах. Когда учительница зашла и увидела эту разношерстную толпу, то обалдела и потребовала у нас все снять. Естественно, мы отказались. Она подняла весь класс и сказала: «Не сядете, пока не снимете». Все 45 минут урока мы простояли. Со мной потом разбирались отдельно. Но мне было дико приятно: месть нерадивым педагогам состоялась.

Вы сказали, что маму вызывали в школу. Отец вас не воспитывал?

С отцом отдельная история. Он ушел из семьи, когда мне было три месяца. Я всегда хотел встретить отца, узнать кто он, но не знал, где его найти. Мама мне ничего про него не говорила. И вот в прошлом году после спектакля кто-то передал мне записку, мол, он друг отца и если я хочу с отцом увидеться, то он может организовать эту встречу. Я тут же позвонил по указанному телефону. Вскоре прилетел в Черновцы — это мой родной город, и мы договорились с отцом о встрече. Я выпил, граммов 100–150, и пришел за 15 минут до назначенного времени. Но он меня уже ждал.

Сразу его узнали?

Мы с ним очень похожи. К тому же, увидев меня, он тут же заплакал. Мы зашли к нему домой и первые минут тридцать молчали. Просто смотрели друг на друга, курили. Потому стали говорить. Я называл его Иваном Михайловичем — «отцом» не мог. Проговорили часа три. Он четко и ясно ответил на все вопросы, которые у меня были к нему, и при этом ни разу не обидел маму, хотя вопросы были очень острые.

Вы его поняли?

Абсолютно. Дело в том, что я знаю свою маму. Она очаровательный человек, но характер у нее будь здоров. Я ее очень люблю, но сам ей говорил: «Если бы я был твоим мужем, я бы от тебя ушел еще раньше, чем отец». Хорошо, что мы встретились спустя столько лет. Раньше бы я его, может быть, и не понял… Когда мы расставались, я сказал ему в первый раз: «Дай я тебя обниму, отец». Мы обнялись. Я думал, что это будет единственная встреча, но с тех пор мы часто общаемся. Он невероятного ума человек, читает стихи наизусть, пишет картины. Мне друзья говорят: «Серега, мы сейчас находимся в том возрасте, когда теряем отцов, а ты своего нашел». Спустя 43 года.

Сергей, а вы рассказали отцу, как в юности хотели ограбить ларек?

(Смеется) Откуда вы все знаете? Да, был такой случай во время учебы в Щукинском. Очень хотелось есть. К тому же я был влюблен, а за девушками ухаживать надо. И я реально подумывал о том, чтобы грабануть ларек с аудио-видео-техникой у Белорусского вокзала, даже глянул, какая там сигнализация. Но когда уже шел "на дело", встретил свою однокурсницу, Алену Полевую, которая была бесконечно влюблена в мою маму. Как и многие мои однокурсники. В мою маму вообще легко влюбиться, такой уж она человек. Помню, Алена спросила: «Как мама?» Я сказал, что все хорошо, звонил ей недавно. И потом, когда Алена пошла по своим делам, я подумал: грабану я ларек и успею сбежать — хорошо. А если меня поймают? Это кутузка, отчисление из училища и бесконечный позор для мамы. Ладно я — совершил преступление и понес наказание, но мама — разве она это заслужила? Так что вернулся я тогда в общагу, посыпал хлеб сахаром, налил испитой заварки и сказал себе: «Нет, Серег, надо держаться, надо».

Тем не менее, учебу вы однажды чуть не бросили?

Действительно, на третьем курсе… Я был парень влюбчивый, влюбился в свою однокурсницу Олю, которая через какое-то время меня бросила. И я страшно переживал по этому поводу. А встречаться с ней приходилось ежедневно — делать этюды, смотреть на нее на сцендвижении. Представьте, она там в купальнике ножку тянет, а ты с ума сходишь. Продержался я недели две-три после нашего разрыва и понял, что больше не могу видеть ее, мне плохо. Буквально в одну ночь ушел и из института, и из общаги. Не появлялся на учебе около трех месяцев. Спасибо Алберту Григорьевичу Бурову — он уговорил меня вернуться. В итоге Оля вышла замуж за очень богатого американцы, живет в Калифорнии, у нее двое детей, а у ее мужа три инфаркта. Так что я думаю: Господи, уберег ты меня от этой женщины, ведь если бы мы были вместе, то дожил бы я до этого интервью? (Смеется.)

Сергей, актеры в интервью всегда говорят о театре с придыханием, а откуда тогда берутся разговоры о закулисных склоках?

Не знаю, возможно, у людей меняется отношение к театру в целом. Допустим, в Театре имени Маяковского было очень много трудностей. «Современник», где я сейчас играю, тоже довольно сложный механизм — огромное количество творческих единиц. Но здесь у Галины Борисовны Волчек все очень грамотно построено. Она фантастическая хозяйка. Она бесконечно ищет новых талантливых режиссеров. У нас интересная репертуарная жизнь, гастроли и по Европе, и по Америке, у нас одни из лучших зарплат, хотя Волчек стоит немало сил и здоровья убеждать нужных людей помогать театру. Я люблю повторять: «Самый лучший театр на самых Чистых прудах».

Говорят, работой с Анджеем Вайдой над спектаклем «Бесы» вы были разочарованы?

Это правда. Когда Вайда рассказывал нам о Достоевском, у меня было ощущение, что я студент из Никарагуа, которого обучают русской литературе. Какие-то его поступки меня просто поражали своей недальновидностью. Например, расстроил его формальный подход к работе. Он приехал на сорок репетиционных дней и сказал: «Если вы хотите искать что-то новое, то это не ко мне, возьмите другого режиссера». И просто перенес свою постановку из Кракова — те же декорации, костюмы, мизансцены. Хотя наши актеры все-таки по-своему наполнили спектакль, у нас градус выше. Но это было грустно: мы-то хотели разобраться в материале, а человек просто сделал клон своего же спектакля.

Не было ли у вас возможности воспротивиться — как в школе, с яркими свитерами?

А это и произошло, но в индивидуальном порядке. Так как весь спектакль выдержан в бело-черных, серых оттенках, то я решил перекраситься в ярко-рыжий цвет. Думал: не сыграю, так хоть позабавлюсь. Как позже выяснилось, я угадал: Вайда очень любит артистов с рыжими волосами. Особый фурор я произвел, когда мы играли спектакль в Киеве, а там как раз в разгаре была «оранжевая революция». Каждый мой выход на сцену сопровождался бурными аплодисментами зала: все думали, что я выхожу рыжим в поддержку «оранжевых». (Смеется.)

Сергей, всем известно, что вы примерный семьянин. Сколько лет вы вместе с Леной?

Мы вместе уже 11 лет, у нас две замечательные дочки. И я до сих пор не знаю, за что мне такое счастье. Лена — человек, который видит, слышит и понимает меня. Она у меня часто смеется, причем я не знаю почему. Я вроде бы ничего смешного не говорю, а она хохочет. Говорит: «Господи, как же с тобой весело!» Это приятно: она будто рада каждому моему появлению. Причем неважно, добрый я или злой, уставший… Она любит меня любым, просто так, а не за что-то. Когда я встретил Лену, то влюбился с первого взгляда и мне сразу захотелось от нее детей. Мне требовалось ее видеть еще и еще, с ней засыпать, с ней просыпаться, захотелось сразу познакомить с мамой и представить друзьям. Я еще не знал, какая она и как ко мне относится, но на уровне энергетики чувствовал ее. Более того, за полчаса до того как Лена впервые приехала ко мне в гости, я спустился в магазин и купил женские тапочки и зубную щетку. Вдруг захотел, чтобы эта женщина осталась у меня навсегда.

У вас две дочери, как вы их воспитываете?

Воспитанием занимается в основном Лена. Старшая, Селена, ходит в школу, младшая, Дарина, еще в детском саду. Дочки совершенно не похожи друг на друга. А это повод для разборок, которые, надеемся, кончатся, когда они подрастут. Обе уже снимались в кино. Я для этого не прилагаю никаких усилий — просто друзья снимают, когда требуются девочки в кадре. Надо сказать, что дочки у меня красотки необыкновенные. Я оцениваю объективно, я не потому, что я их папа. К тому же это делается еще и для жены. Она у меня засиживается дома, редко куда выходит. А на съемках общается с людьми и вечером с блеском в глазах рассказывает, как разговаривала с Мишей Пореченковым или Лешей Горбуновым, или просто с ассистентами, гримерами, с другими интересными людьми.

Сергей, а сына вы с Леной не планируете?…

Лене и так с двумя девочками тяжело. Сложно пока представить еще одного ребенка в нашем сумасшедшем доме. У нас же три кошки! А недавно появился хомяк — младшей подарил дедушка. Старшей тоже захотелось иметь «свое» животное, и она попросила шиншиллу. Так что разговоры о третьем ребенке, конечно, идут, но я пока берегу жену. Бывает, вечером прихожу, а она уже спит, потому что ей в шесть утра надо собирать детей и отвозить в детсад и в школу. Поэтому подарить ей третьего ребенка сейчас — только усложнить жизнь. А мне хочется прожить с ней долго и счастливо.

Андрей Захарьев.



тут тоже много интересного:
 


Rambler's Top100