Сергей Юшкевич, фото

У меня крепкий тыл – моя семья и друзья

Несмотря на большое количество сыгранных ролей в театре и кино, Сергей Юшкевич до сих пор считает, что он еще только пытается понять актерскую профессию. И это не игра. Потому что каждый раз приступая к новой роли, будь то в театре или на съемочной площадке, в душе актер чувствует себя новичком, которому нужно доказать свое право на нее. Может, это и помогает Сергею Юшкевичу быть таким убедительным.

– Сергей, вы больше десяти лет выходите на сцену «Современника». В каких ролях вас видят зрители?

– В «Трех сестрах» у меня роль Кулыгина, в «Трех товарищах» играю Отто Кестера, в «Бесах» выхожу на сцену в роли Рассказчика, в спектакле «Играем... Шиллера!» – графа Лестера, а в последней премьере «Бог резни» имя моего персонажа Мишель. Очень разные роли, различные характеры.

– До «Современника» у вас был Театр имени Маяковского.

– Мне было очень не просто уйти из этого театра, где проработал больше шести лет, где у меня оставалось много хороших друзей, с которыми выходил на сцену в замечательных спектаклях. Но я жил в театральном общежитии и при минимальной актерской зарплате оплачивал это жилье. В конце концов дошло до конфликта с администрацией театра...

– И вас сразу приняли в «Современник»?

– Мне просто повезло, как, впрочем, и каждому актеру, кто сюда попадает. Случилось так, что как раз в то время в театре шел выпуск спектакля «Три товарища», а Сергей Гармаш, репетировавший одну из главных ролей, должен был уехать на съемки. Премьера оказалась под угрозой, Галина Борисовна Волчек искала ему замену. И в это самое время на «Золотом овне» мы встретились с Чулпан Хаматовой. Она спросила меня, не хочу ли я попробовать себя в этом спектакле.

Я посидел на трех репетициях, а на четвертой уже сам вышел на сцену. Гармаш уехал, а я стал играть. Испытательный срок, судя по всему, выдержал успешно, потому что меня приняли в «Современник» на постоянную работу.

– Вы можете назвать точное количество своих киноролей?

– Отчего же нет? Всего я сыграл 91 роль. Это и совсем небольшие эпизоды, и главные роли. Впервые главную роль мне доверили в картине Дмитрия Долинина «Колечко золотое, букет из алых роз». Эта потрясающая история поставлена по мотивам повести Антона Павловича Чехова «В овраге». У меня была роль глухого парня Степана. Работать пришлось в изумительной актерской компании: с Виктором Павловым, Ольгой Волковой, Сергеем Баталовым, Леной Кориковой. Нередко мне доставались роли, которые по разным причинам не могли сыграть другие актеры. Есть роли, которые должны были играть Леша Серебряков, Сережа Маковецкий... Но в основном приходилось преодолевать нелегкие кастинги. Хотя в «Тоталитарный роман» на главную роль меня утвердили практически без проб.

– А разве не менее важную роль в вашей жизни сыграл фильм «Человек войны»?

– Очень большую! У меня там тоже главная роль. И хотя я играл нациста, к которому, естественно, не могло быть особой симпатии, мы создавали образ человека, для которого война стала сутью жизни. Для него смысл жизни – момент активного столкновения.

– Вы так много снимаетесь. А как к вашим отлучкам относится Галина Борисовна? Она же очень строгий руководитель.

– Согласен. Но она только радуется востребованности своих актеров. Единственное условие, которое необходимо соблюдать – чтобы это не было в ущерб театру. Кстати, я сейчас «делю» себя сразу на четыре театра. В театре «Человек» занят в «Ночных бдениях», в Вахтанговском играю в спектакле «Последние луны». Также выхожу на сцену театра «Практика» в спектакле «Небожители». Но на первом месте у меня всегда «Современник».

– Сергей, вы ведь приехали с Украины.

– Да, я из города Черновцы, у меня там живет мама.

– Вы ничего не говорите про отца.

– А с отцом у меня вообще произошла фантастическая история. Дело в том, что он ушел из семьи, когда мне было всего три месяца. И вот в прошлом году, после спектакля «Бог резни» я получил огромный букет цветов, в котором я обнаружил конверт с запиской. В ней говорилось, что цветы мне вручил друг моего отца, который продолжает жить в Черновцах, и если у меня есть желание, я, мол, могу позвонить и встретиться с ним. Естественно, я тут же перезвонил по указанному телефону: всю жизнь я мечтал увидеть этого человека, который был моим отцом, но этому препятствовала мама. Решил поехать к маме и заодно увидеть отца. Приехав, где-то неделю настраивал себя и наконец набрал номер телефона... Встреча произошла у него дома. Увидев меня, он не смог сдержаться, заплакал. Потом мы долго сидели и молчали, наверное, с полчаса, просто смотрели друг на друга. Потом разговорились и не могли остановиться. Во время разговора я называл его по имени и отчеству. Когда он провожал меня, я сказал: «Давай я обниму тебя, отец!» – и услышал в ответ: «Спасибо, сынок!». Вот такая получилась сентиментальная встреча. И я рад, что она состоялась, потому что у меня оказался замечательный отец, которого наконец обрел в 42 года. По профессии он – художник, прекрасный знаток поэзии. Я очень хочу познакомить отца со своей семьей. Пока, к сожалению, не получается, я очень плотно занят в театре и на съемках.

– Так вы поняли теперь, откуда у вас тяга к творчеству?

– Убедился. Где-то в пятом-шестом классах я стал посещать Дворец пионеров, где был «ТЮЧ» – театр юного черновчанина. Кого я только не играл! Еще тогда заметил, что с моим появлением на сцене зал оживляется. Как-то мы выступали на подшефном хлебозаводе, у меня был монолог Елизаветы Ауэрбах «Я поздно понял» – рассказ мальчика о нелегких отношениях с матерью, о том, что он понял, как ее любит, только после ее смерти. Я видел, что стоящие передо мной зрители, слушая мой монолог, плакали... Видимо, тогда и созрело решение стать актером.

– И мама согласилась отпустить вас в Москву?

– В этом отношении она современная и, как говорится, продвинутая. Высокообразованный человек, мама водила меня на все премьеры, выставки, во все музеи нашего города. У нас с ней отношения складывались на полном доверии. Когда я сообщил, что хочу поступать в театральный, не стала отговаривать, а пошла и купила мне билет на поезд. Это была моя первая попытка в 1984 году поступить в Театральное училище имени Щукина. Я дошел до конкурса, меня уже хотели брать на курс Аллы Александровны Казанской, и я бы тогда учился вместе с Юлией Рутберг, Максимом Сухановым, Дашей Михайловой... Но Юрий Васильевич Катин-Ярцев, царствие ему небесное, сказал, что мне все равно придется служить в армии.

И произнес еще одну фразу: «Сережа, у вас есть все для того, чтобы стать актером, и если за два года службы не исчезнет желание поступить в театральный институт, милости просим!» После армии у меня была еще одна попытка поступить, но... сорвался на втором туре. И тогда устроился на работу в Москве в Метрострое. Хотелось пожить в столице, дышать ее воздухом, обрести свободу. Я работал, а вечерами посещал театры. Зимой узнал, что Олег Павлович Табаков ведет набор на платные подготовительные курсы. Мне повезло. Пройдя огромный конкурс, в числе восьмидесяти счастливчиков стал заниматься... Но все-таки поступил в Щукинское театральное училище.

– Вы сказали, что хотите познакомить отца со своей семьей. Расскажите о ней.

– Моя семья – это жена Лена и дочери Селена и Дарина.

– Вы женились, когда вам было уже за тридцать. Вы были очень разборчивым?

– Наверное, на меня наложило отпечаток то, что мои родители быстро разошлись. Мне же хотелось жениться раз и навсегда, и очень надеюсь на то, что у меня именно так и произошло. Долгое время у меня не складывались серьезные отношения. А когда встретил Лену, понял, что наконец дождался ту, которую сразу же захотел назвать своей женой.

– У ваших дочерей необычные имена.

– Лена долго выбирала, как назвать старшую дочку. Наконец объявила, что решила назвать ее Селеной – по начальным буквам наших имен. Сыну собирались дать имя Елисей – также по нашим именам. Что касается Дарины, то мы не ожидали, что она появится так быстро, не планировали второго ребенка. То есть получился настоящий подарок. Селене восемь лет, Дарине – шесть.

– Ваша жизнь сильно изменилась после появления детей?

– Она стала очень насыщенной. Когда мы ждали первую дочь, были в долгах, как в шелках. После ее рождения все каким-то чудесным образом разрешилось. Все повторилось и со вторым ребенком. Как только Дарина родилась, мне стали звонить, приглашать на роли в фильмы, сериалы. Так что правильно говорят: бог не Тимошка, видит немножко. Он видит, что мы люди искренние, в общем-то неплохие, так что в нужную минуту протягивает руку помощи (смеется).

– Сергей, вы довольны, как сложилась ваша творческая судьба?

– Я очень доволен. У меня много работы, крепкий тыл – моя семья, любимая и любящая жена, хорошие дети, замечательные, надежные друзья. Хочется только пожелать, чтобы так было и дальше.

– Леонид ГУРЕВИЧ



тут тоже много интересного:
 


Rambler's Top100